Точки роста: Мелекесс

—В конце 2020 года ко мне в Питер приехал старый друг из Москвы. У меня тогда был длительный творческий застой, и я дошёл до той стадии, что был готов читать пацанский рэп и накручивать жёсткую электронику — лишь бы ощутить внутри тот поток, которого не ощущал уже лет 8−10. Для эксперимента мы взяли одну из моих старых песен на английском языке, и в итоге из неё получилась «Помоги мне», которая вошла в первый EP «Обнуляй». В процессе работы над ней тот самый «поток» открылся.

Три года назад я, опять же, находился в поисках. На этот раз пытался делать попсу — массово набрасывал демки, думал, как соединить найденный этническо-шаманский стиль с простотой и понятностью поп-музыки. Результатом этой работы стала пара песен, но дальше них дело не пошло, для меня этот путь оказался тупиковым. Основными моими соцсетями тогда были VK, Телеграм и, как ни странно, YouTube. TikTok я начал активно вести только в 2024-м, а настоящая живая связь с аудиторией в Instagram* случилась только летом 2026 года с выходом песни «Камнем на сердце».

— Серьёзность появилась после шоукейса SPbeat в Питере в ноябре 2024 года. Нас выбрали в лайнап выступающих на нём артистов, мы выступали последними, поэтому в конце 15-минутного сета я просто спрыгнул со сцены вперёд к столикам с представителями индустрии. И тогда случился один из самых ярких моментов в моей карьере под именем Мелекесс: как в голливудском фильме, ко мне с разных сторон подходили организаторы фестивалей, менеджеры и A&R-лейблов, жали руку и предлагали сотрудничество и выступления.

Тогда Андрей Клюкин пригласил нас на «Дикую Мяту», Илья Бортнюк — на «Стороны Света», Павел Лопатин — на Владивосток Music Week, Борис Елатомцев — на «Волга Фест». Я познакомился с Сергеем Мудриком и впервые вживую увиделся с Андреем Рыжковым. Но главным в тот вечер стало знакомство со Светланой Фиксель. Она тоже рассмотрела потенциал в песнях и подаче, подарила маркетинговое сопровождение и приятную сумму на него. А чуть позже она стала директором «Мелекесс», мы работаем с ней уже полтора года. Именно Светлана помогла мне понять, что настал этот момент — сейчас стоит отнестись к проекту серьёзно. И это уже дало свои плоды.

— Я слишком много надежд возлагал на маркетинг и PR. Обращение к PR-специалистам, консультации с ними и бюджеты на релизы обходились в круглые суммы. Сейчас я вижу, что всё зависит от песни. Если песня работает, люди её будут слушать сами, а реклама уже просто помогает людям найти песню. Алгоритмы же делают основную работу бесплатно. Сейчас я стараюсь основное внимание и время уделять песням: отбору подходящих демо, выбору конкретных песен для записи и выпуска. Потому что ресурсы всё ещё ограничены, хочется быть уверенным в том, что людям песня понравится и я сам буду петь её на концертах и фестивалях с удовольствием.

— Было множество планов. И, конечно, всё нащупывалось методом проб и ошибок: один план сменял другой, нерабочие модели отметались, рабочие приёмы оставались. И этот процесс идёт до сих пор. Не уверен, что он когда-нибудь вообще закончится.

— Просто выпускать песни — какие угодно. У меня было такое, что после релиза статистика прослушиваний на площадках шла вниз, и это падение было многомесячным. Даже после серии из нескольких релизов. Считаю, что стоит выпускать песни, в которых ты сам уверен или которые не можешь не выпустить. Просто ещё одно сочетание слов и звуков ради заполнения пустоты в эфире не работает. По крайней мере, в моём случае.

— Просто выпускать песни — какие угодно. У меня было такое, что после релиза статистика прослушиваний на площадках шла вниз, и это падение было многомесячным. Даже после серии из нескольких релизов. Считаю, что стоит выпускать песни, в которых ты сам уверен или которые не можешь не выпустить. Просто ещё одно сочетание слов и звуков ради заполнения пустоты в эфире не работает. По крайней мере, в моём случае.

— Платное промо помогло процентов на 20−30, не больше. Всё остальное — органика (если алгоритмы стримингов можно к ней отнести, конечно). Но важно помнить, что для успешного движения вперёд важны все действия. Платное промо тоже делает своё дело, дожимает необходимый процент до выстрела одной из песен, копит потенциал проекта в целом.

— У меня всё абсолютно стихийно. Я из тех артистов, которые не в состоянии выпускать «один релиз в месяц» или «один релиз в сезон». Конечно, я к этому стремлюсь. Но есть факторы, которые тоже нужно учитывать: работа, болезни, выход голоса из строя, ведение нескольких соцсетей одновременно, усталость от постоянного общения в комментариях, реакция на социальные потрясения, особенности сформированной личности (тревожность, депрессивная организация). Я не оправдываюсь. Просто на преодоление всех этих моментов уходит внушительное количество энергии и времени. Считаю победой то, что при всех этих моментах я способен выпускать 5−6 песен в год.

— Концерты и туры — это скорее про работу со своей аудиторией, которая к тебе уже пришла в соцсети из разных источников. Как ты соберёшь концерт, если тебе некому о нём рассказать? А вот фестивали — другое дело. Это реальный работающий инструмент роста аудитории. Да, он достаточно медленный, зато связь, установленная во время живого знакомства и живого звучания, гораздо прочнее и долговечнее, чем очарование артистов через короткие ролики и стриминг. Но я уже говорю о другом. Стримы? Нет, после концертов они не растут или растут настолько незначительно, что этого не видно в статистике.